ФЭНДОМ


Летопись - таймлайн к миру Wiki Worlds, содержащий в себе ключевую информацию об его развитии и правилах. При написании своих собственных статей участникам рекомендуется во избежание конфликтных ситуаций ориентироваться на нее. 

Открытие Истины

Безумец

Великий Безумец с Королевой морей (изображение из Легендариума Содружества).

Летоисчесление всеми государствами в мире Wiki Worlds ведется от нулевого года Открытия Истины, за которым шифруется сотворение всего мира и Терры Фелианы в частности. В 934-х годах ученые Государства Просветленных признали, что окружающая их реальность несет на себе крупный отпечаток волшебства и магии, которые в начале эры были еще сильнее - тем самым подтвердилась теория об искусственном происхождении Фелианы и окрестностей. Это признали даже такие убежденные материалисты и эволюционисты, коими являются представители научной элиты Просветленных, чего уж говорить о простонародье и элитах других государств. 

Большинство ученых сходятся в том, что некогда на эту землю, пустую, серую и безлюдную, прибыл тот, кого официальная историография Бубастиса именует Великим Безумцем - то был маг колоссальной силы, обладающий, к тому же, неиссякающей фантазией. Пришедший на пустунный кусок земли, он принялся его исправлять по своему собственному разумению. Немногочисленные дошедшие до нас артефакты того времени (большая их часть была уничтожена в ходе Закатной войны) свидетельствуют, что Безумец постоянно находился в процессе творения, редко позволяя себе роскошь отдыха. Именно он создал уникальный рельеф Терры Фелианы, поместив на одном материке все известные природные зоны; он же способствовал ускоренному развитию всех диких племен, чарами ускоряя их эволюцию. По маху его руки из пустого место появлялись горы, забивали источники живой воды, росли огромные леса и сковывалась вода вечной мерзлотой. Он же населил этот мир различными животными - причем не только привычными нам по реальному миру, но и различными фэнтезийными тварями, которых полагал защитниками своего наследия.  Безумца полностью поглотил процесс творения; он был убежден в разумности и справедливости своих деяний, открыто любуясь своими конечными результатами.

В атаку

Безумец ведет големов на битву.

Однако его радость была несколько поспешна. Его смелые эксперименты и постоянное использование волшебства источили границу между реальностью и, как теперь ученые Содружества называют это понятие, "иными планами". Злобные и сильные сущности тех самых иных планов только и ждали такой оплошности, поспешив вторгнуться в Терру Фелиану. Все, что создал волшебник годами тяжелого труда, оказалось под угрозой: у примитивных племен, разумеется, не было никакого шанса устоять перед натиском таких монстров, а стража из числа тварей не обладала никакой организованностью. И только тогда Великий Безумец осознал подлинную опасность своих трудов; впрочем, он не считал, что из-за этого стоит сдаваться. Создав себе армию из  послушных и мощных големов, он сразился с монстрами и изгнал их; чтобы вечно держать их "вне" реальности, он возвел в сердце континента огромный храм "Солнца Героев", призванный сдерживать разрушительные энергии. Безумец сделал все, чтобы этот кошмар никогда не смог повториться: и неожиданно понял, что силы стремительно покидают его и что жизни ему осталось совсем немного - схватка с чудовищами не прошло бесследно. 

Отчаявшись продлить себе жизнь, Великий маг и чародей решил убедиться, что его наследие уже точно не пропадет. Ради этого он потратил остаток своих сил, возведя в районе Великих озер великолепный город, прозванный позднее жителями материка Бубастисом. Он наложил могущественные чары на это место, которые мешали недостойным (как он считал) обнаружить поселение раньше времени и воспользоваться его тайным знанием, что хранилось здесь. А в библиотеках Бубастиса Безумец оставил много интересного: и магические фолианты, и подробнейшие карты всего мира, и свитки с чертежами и книги знаний по отдельным наукам и ремеслам. Он полагал, что достойные, кому сей белоснежный град откроет свои тайны, воспользуются ими на благо всей Терры Фелианы и будут по его примеру заботиться о развитии отсталых народностей. Закончив все свои дела, Великий Безумец растаял в воздухе, перед этим успев передать остаток своих некогда колоссальных сил големам-защитникам Бубастиса. 

Вики Ворлдс 2

Античность

Первобытные

Поселение первобытных людей у подножия Красносветных гор.

Великий Безумец исчез ближе к 20-м годам от Открытия Истины, тем самым окончательно отправив общества по всей Терре Фелиане в самостоятельное плавание. Уже к этому моменту начинали складываться новые общественные отношения: появились первые родовые общины, на юге континента, где климат способствовал земледелию, формировались первые крупные поселения. Тогда, например, на островах Ниппон появляются рыбацкие поселки.  

Первая цивилизация в истории Фелианы появилась в 58 году от О.И. в долине реки Сейм. Река эта, находившаяся на западе континента, впадала в Белое озеро - крупнейший пресный водоем материка. Там, где Сейм впадала в озеро, образовывалась обширная дельта, в которой и зародилась самое первое государство. Им было княжество Беловодье, которое объединило славянские племенные союзы в русле реки Сейм примерно в конце 60-ых. Князь Мезамир, установив единое государство, поместил столицу в городе Китеж, а его государство подчинило себе прочие племена, обитающие неподалеку от Сейми. Экспансия Беловодья вызвала, в свою очередь, миграцию славянских племен, вылившуюся на огромную территорию от дуклянской тайги до южнорусских экваториальных лесов. Другими светочами цивилизации являлись города у Шеольского океана - Милены, Сталифины и Троспарта, появившиеся в 70-ые гг. и оформившиеся окончательно в следующее столетие.  

В 101-м Артём Игоревич, одержав победу у реки Бета, объединил разрозненные племена дикарей в единый союз Русь. На самом южном острове архипелага Ниппон (Мангак) возникает первый город - Сёвастан, знаменитый своим каменным строительством. На самом севере Терры Филианы многочисленные племена охотников начали конкурировать друг с другом за богатые дичью леса и за право поставлять свою продукцию торговцам из Сталифин в обмен на глиняные изделия и редкое бронзовое оружие. В это же время (закончив на 179-м) на острове, расположенном к северу от полуострова Пика, легендарный вождь древнего племени атлантов Джон Голт объединил под своей властью весь остров  - и хоть его государство было совсем недолговечным, память о его свершениях сохранилась даже в топографии. Наконец, жители Милен и Троспарты, недовольные их режимом, проникали внутрь материка, постепенно продвигаясь к таинственному Храму Солнца

Бей их

Бойцы Милен готовятся к бою.

Во втором веке от открытия Истины родоплеменные отношения также начинают отходить в прошлое. Святая Ольга[1] крестила Русь в 201-м, ликвидировав недовольную племенную знать и проведя немало выгодных реформ, укрепляющих единство страны. На севере Ниппона появились первые воинские кланы, которые начали эксплуатировать земледельцев и рыбаков. В 222-м племя руинов на севере основывает первый портовый город - Матинск, куда начали стекаться торговцы из Рассветных городов. После смерти Голта при невыясненных обстоятельств, его ближайшие тигерны[2] начали грызню друг с другом, развалив страну на пять кусков. Между Рассветными городами в 231-м году началась долгая война, которая будет идти до самого начала третьего века: закончилась она истощением их ресурсов и окончательным падением Милена, отличавшихся относительным индивидуализмом. Современные историки считают, что именно этот конфликт спас остальные государства от порабощения жителями "триады градов", так как у тех надолго кончились ресурсы. 

Последний век местной Античности был отмечен целым рядом кризисов. Так, из-за Закатного океана, пришли неизвестные племена в 304-м. Они были изгнаны после продолжительной и кровавой войны с острова Джона Голта едиными усилиями трех тигернов: потеряв надежду, они обосновались в устье реки Окюлос, что теперь протекает по земле Рутении. Сами себя они назвали рутенцами, тем самым дав название как области, так и будущему государству на его землях. Затем по Терре Фелиане прошлись страшные болезни, выкосившие половину населения Севера и оставшихся жителей Рассветных городов. Также прервалась правящая династия в южном Ниппоне: местные правители сменялись один за другим, а дайме поднимались на квазифеодальные войны друг с другом. На Руси случилась война между наследниками престола, из-за которой государство на 23 года было разделено между тремя враждующими братьями: только четвертый, младший брат, начавший с малой дружиной из "подлых людишек" смог победить всех остальных и вернуть стране единство.  

Античность Фелианы заканчивается в IV веке, на который приходится возвышение первой великой державы континента - Империи Оборотней, чье создание пришлось на 258 год, когда некто Вольф (судя по имени, нордиец), попавший в предгорья Карпатских гор, объединил племена оборотней в единое образование и короновался в построенном им городе Ниппур как "царь Ниппура и всея земель". В 272 году он нанес поражение баровийцам в битве у пика Саргон, подчинив себе здешние земли. Его сын, Вольф II, покорил галльские племена востока и окончательно уничтожил цивилизацию Беловодья (288 год), а внук - часть славянских племен. При Вольфе IV оборотни разгромили армию Милен, Сталифин и Троспарты у Накии (303 год), после чего все эти города признали верховную власть Ниппура.  

В это же самое время Королевство Севера начало постепенное продвижение на юг: потомки Алессандера Ледяного отличались воинственностью, которая гнала их на новые и новые воинские подвиги. Практически весь пятый век для северян прошел под знаком расширения их владений и оформления государственности: свободные люди, они сохранили свою свободу: воины получали в награду не земли с крестьянами, как в других странах, а валюту[3] и рабов - таким образом, феодальное землевладелие здесь практически не сложилось. Единственным владельцем земли признавался король, он же кенинг, обладавший практически неограниченной личной властью. Агрессивная политика по ассимиляции покоряемых племен лишила их старой аристократии, а с семьей Алессандровых мало кто собирался спорить из прирожденных руинцев.  

В 310 году, после разгрома германских племен у Гальштатта, началось время, известное в истории как Волчий Век - Ниппур держал в подчинении огромные территории от Белого Озера до Шеольского океана, а большая часть тогдашних государств была данниками "волчьего племени". Разумеется, подчиненные народы нередко восставали против владычества Ниппура, но армия оборотней без особого труда давила эти выступления. Впрочем, в бесчисленных войнах и восстаниях элита имперской армии, оборотни, стремительно сокращалась, а "обычная" армия из подчиненных народов была куда как слабее: так, попытки Вольфа IX взять в 404 году крепость Сибиру окончились неудачей. Именно в его правление происходит последний взлет мощи Империи - в 410 году Вольф IX громит армию Иудейского царства и грабит Иерусалим, посадив там марионеточного правителя.  

Преемник Вольфа IX, Вольф XI[4] также решил прославиться путем военной интервенции, выбрав своей добычей молодое государство Советов Севера: в 422 году он вторгается на эти земли и осаждает Маскулинн, общеплеменную столицу. Стотысячная армия "волчьего племени" взяла город и разграбила его, однако во время разгула на них нагрянули противники - армия Севера во главе с Чемпионом, Валерием I Великим, которому на помощь пришли амазонки Дукли. Валерий самолично разрубил Вольфа XI пополам и разгромил интервентов, солдаты которой погибли или попали в плен к воинам Чемпиона.  

Одно поражение не могло быть катастрофой для Империи: на престол взошел новый правитель, а армию можно было набрать заново. К великому горю для Ниппура, оборотни нанесли слишком большой урон Маскулинну и всем племенам, а потому Валерий Великий вновь собрал армию, надеясь отстоять в бою честь северного народа. В 424 году он вторгся в имперские пределы, где встретился с вражеской армии в битве у города Каркемиш. Вновь разноплеменная армия не выдержала удара варварской пехоты вкупе с дуклянской конницей и разбежалась, оставив открытой дорогу на Ниппур, куда и двинулись северяне во главе со своим Чемпионом.  

Покоренные народы сбрасывали иго империи один за другим: восстали Три Города и все подчиненные племена, а союзниками Ниппура оказались лишь пустынные племена ансерков и Иудея, восстановившая свои пределы и взявшая под свой контроль юго-западные провинции Империи. В 425 году произошла битва при Ниппуре, где после ожесточенной битвы последние имперские войска были наголову разгромлены, а сам город - разграблен и затем до основания разрушен. От некогда обширного народа оборотней остались немногочисленные и слабые племена, Валерий обеспечил свой народ военной добычей на век вперед, а внутренняя Фелиана вновь погрузилась в полудикое состояние.  

Именно на руинах Ниппура началось новое время в истории Фелианы, известное как Средние века. 

Античность

Средние века

Хорошо сохранилось

Крепость Сибиру на "дороге дьявола".

История Средних веков начинается с братьев Шифта и Неру, бежавших из горевших Милен после страшного погрома, вызванного недовольством низов и ужасной болезней. Двое юношей из богатых семей сбежали на запад, надеясь там начать новую жизнь. Впрочем, у Терры Фелианы на них были свои собственные, далекоидущие планы: и эти братья открыли заветный Бубастис, овладев секретами великого чародея, что сотворил весь этот мир. С их помощью братья подчинили себе дикие племена местных жителей - альтаиков - и заложили мощную крепость Сибиру, призванную защищать подходы к Котограду, с которого теперь спали древние защитные чары. После продолжительных размышлений, братья решили последовать совету Великого Безумца и начать развивать окружающие их сообщества. А вот предупреждения их таинственного покровителя о "иных планах" Шифт и Неру проигнорировали, посчитав их бредом сошедшего с ума старика - действительно, незнающему человеку было трудно поверить в реальность подобных явлений и событий.  

Пока что их благие планы были только планами - а государства по всей Терре Фелиане проходили мучительный этап трансформации. Разоренная долгой войной Русь восстанавливалась, ей пришлось отказаться от содержания целого ряда пограничных крепостей в районе Вечного леса из-за невозможности обеспечить их защиту - примерно с 420-х там складываются собственные племена. В Ниппоне ситуация временно устоялась: и на юге архипелага, и на севере были созданы схожие по социальному устройству сегунаты: форма правления, при которой власть принадлежала сегуну - владельцу крупнейшего владения, который может выставить самую большую армию. Пришельцы-рутенцы обжились вдоль богатого и щедрого Окюлоса, занялись земледелием и торговлей. В районе современной Балтии также сложились свои собственные королевства; развитие шло постепенно и уверенно.

Важнее был факт установления гегемонии Советов Севера над большей частью материка. Валерий Великий, разгромив Ниппур, получил в качестве данников все племена от Троспарты до Белого озера. В 430 году он сам выступил против германских племен и наголову разгромил их, также подчинив своей власть, а в 432 году заставил платить дань и торговые города Востока, осадив Милены и разорив их земли. В 435 году он подчинил и рутенцев, а в 441 году двинулся на юг, перейдя Карпаты и вторгнувшись в Иудейское царство, войска которого были побеждены, а столица - Иерусалим - взята и разграблена. Однако, возвращаясь с добычей по восточным отрогам Карпат, завоеватель вступил на территорию небольшого царства Беотия, основанного оттесненными к горам родичами жителей Киммерии и торговых городов Востока. Царь Беотии Ганимед, воспользовавшийся горной местностью, атаковал армию Валерия Великого на Антиноевом перевале, где разгромил войско владыки Севера и казнил его самого. Гегемония Севера исчезла в одно мгновенье, дав государствам Фелианы недолгую передышку.

Падение

Захват "народами моря" Троспарты.

Но в середине пятого века жители Терры Фелианы встретились с первой серьезной угрозой своему существованию - нашествием страшных "народов моря" из далекого Марараша. Дикие, яростные бойцы, марарашцы владели железом, тем самым представляя собой страшную угрозу для слабых государств. Первые столкновения с ними случились в 426-м году, когда флот императора Домитори VII (южный Ниппон) встретился с ними в честном бою. Тогда марарашцы понесли поражение; они решили изменить тактику и, обогнув архипелаг Ниппон, неожиданно напали на Троспарту: некогда величественный и богатейший город подвергся страшному разорению. Многочисленное население было вырезано, а остальная его часть уведена в рабство; все неописуемые богатства достались знати "народов моря", а уникальные здания были разрушены. Гордый и храбрый вождь Одоакр, любивший битву и сражение, повелел возвестить о своем появлении остальных: его гонцы должны были произнести всего одну фразу: "Мы - народы моря, и мы идем за вами". Впрочем, после погрома Троспарты, марарашцы не нуждались в представлении: все жившие у побережья страны начали укрепляться, готовясь к отражению атаки.

Она не заставила себя долго ждать: уже в 432-м году послы Одоакра прибыли ко двору Домитори VII, потребовав выплаты дани и старшей дочери почтенного сегуна. Уверенные в своей неуязвимости, марарашцы совершили смертельную  ошибку, посмев открыто домогаться до кронпринцессы Юри. "Дипломаты" были тут же казнены, а Император отдал приказ о подготовке столицы к обороне. Впрочем, впечатленные таким решительным ответом "народы моря" перенесли свой удар - в 438-м они вторглись в пределы Руси, захватив портовые городы Кострому и Келинск, устроив везде страшные погромы и разрушения. Правившая тогда Ксения II самолично возглавила дружину, но потерпела неудачу: в битве у реки Альта Ксения потерпела поражение, была взята в плен и стала наложницей Одоакра. Одержав такую легендарную победу, Одоакр двинулся на саму Первопрестольную Москву, рассчитывая поживиться за счет ее великолепных церквей и дворцев. 

Мы неместные

Цезарь Августи встречает королеву Боудикку.

Пока "народ морей" маршировал по Руси, с запада в 423-м году прибыло еще одно чужеродное племя, правда, куда более цивилизованное и спокойное - римляне, ведомые своим вождем Цезарем Августом. Сперва, как и рутенцы, они прибыли на остров Джона Голта, где встретились с королевой Боудиккой - сильной, умной и властной женщиной, которая с 420-го объединила под своей рукой весь остров. Цезарь Август влюбил в себя Боудикку, которая предоставила ему все необходимые для построения колонии припасы - от продовольствия и до простейших инструментов. Взамен она потребовала от Августа остаться с ней навсегда и стать ей настоящим супругом; согласившись, предводитель беглецов изменил своей клятве и сбежал вместе со своими людьми. Не перенеся измены любимого, Боудикка самоубилась, а ее королевство опять развалилось на три враждующие друг с другом части. Римляне обосновались южнее Рутении, в плодородной Долине, где и начали спокойно заниматься хозяйством, избегая любых конфликтов с цивилизованными соседями. Их столица - Новый Рим - прозвана так в честь утраченного ими в результате природной катастрофы дома. 
Решающий

"Народы моря" против русинской дружины.

Одоакр слишком любил рисковать: горожане Первопрестольной во главе с храбрым и опытным воеводой Большаком отбили его атаку, освободив из плена Ксению II и убив её обидчика. "Народам моря" пришлось поспешно бежать до Келинска, оставляя по пути награбленное и взятых в плен. Только нерешительность царицы, боявшейся до смерти дикарей, помогла им уплыть из Руси: вторжение кончилось в 441-м году. Русь отстояла независимость, но потеряла многих людей убитыми; прибрежные города были обращены в пепел, их богатства все-таки достались врагу. Стране предстоял долгий и трудный период восстановления, который осложнялся еще и тем, что после скорой смерти Ксении II начался династический кризис - борьба между боярской кликой и малолетним Петром Федоровичем, которого поддерживали городские низы и "дети боярские". Победа последнего предрешила движение Руси по пути абсолютизма, укрепления личной монаршьей власти. Также поражение и гибель легендарного Одоакра на время замедлили экспансию "народов моря", которым пришлось также восстанавливаться с силами и искать новых жертв для удара. 

Убежденные, что удар "народов моря" по ним не придется, правители Южной Империи в 460-м напала на Северный Ниппон: у них произошел спор из-за принадлежности богатого княжества Мрясу. Кровавая война завершилась поражением южан: их флот был разбросан штормами, а без него не удалось наладить коммуникации. К тому же, население самого Мрясу явно тяготило к северянам, которые получали от них помощь и поддержку. В 485-м был заключен мирный договор, по которому княжество и ряд других спорных территорий отошли к Северу; на юге начался политический и экономический кризис, которым поспешили воспользоваться "народы моря". Наследник Одоакра, амбициозный и талантливый темник Батый вторгся в 500-м году в пределы Южного Ниппона, быстро заняв столицу и приведя к покорности элиту. Но установленная им деспотия, беспредел со стороны дикарей в городах и страшные поборы привели к всплеску народного недовольства, который возглавила юная Котоми III: сбежав из-под морской стражи, она приняла командование самурайскими отрядами. Уже в 523-м армия под 35 000 человек осадила Великую Нару: с моря блокаду осуществляли свевы, уставшие терпеть набеги на свою территорию и согласившиеся помочь. "Моряки" не сбежали на сей раз: все они были перебиты, а Батый публично казнен.  Северный же Ниппон развивался куда более спокойно: одержав победу, он интегрировал в себя Мряс и смог спокойно заниматься торговлей с Боспором и Рассветными городами. 

Мечта

Сталифен в VI веке после Открытия истины, реконструкция.

Былое солцне которых, впрочем, казалось теперь должно стремительно закатиться: ведь Милены были погублены внутренними распрями и болезнями, а Троспарта - разграблена и сожжена. Падение соперников, впрочем, привело к некоторому усилению Сталифин - пришедшая там к власти в 490-х годах династия Катраксисов решила добиться своей гегемонии во что бы то ни стало. Набеги пиратов и грабителей отражались силами флота; крепкие стены берегли от охотников поживиться чужим добром с суши. Катраксисы проводили популистискую политику, раздавая беднякам дешевый хлеб и проводя публичные игры насмерть: внутри элиты они действовали ядами, кинжалами и уговорами. Так или иначе, но в 520-м году власть Сталифин признали сперва Милены, бывшие лишь тенью своего величия, а через пять лет склонились и остатки Троспарта. Видя могущество Сталифина, остальные мелкие города также предпочли повиноваться: в 555-м Ираклий Катраксис короновал себя Императором Рассвета - никто не желал ему возразить. Согласно сведениям современных историков, новое государство было самым мощным на середину VI века: никто не мог сравниться с ним в богатстве и силе. 

Русские давно отказались от контроля за Вечным лесом; римляне же не стремились туда проникнуть, так как не привыкли к жизни в подобных условиях. Как-то так сложилось, что любой, желавший убежать от своего господина или своих чиновников, мог запросто найти убежище в гуще этих лесов: сюда не совались ни сборщики налогов, ни феодалы, так что местные жители могли спокойно жить и развивать свое собственное хозяйство. Однако вскоре здесь начали хозяйствовать разбойники, сбежавшие из своих стран, но сохранившие как оружие, так и боевые навыки. Самый успешный из них, Борис Справедливый, к 531-м привел к покорности остальные банды и заставил большинство семей Леса признать свое правление. Несмотря на все сомнения, его сын смог удержать эту своеобразную страну под контролем, тем самым положив начало Княжеству Дебрянскому, или Княжеству Великого Дуба. 

Схватка

Солдаты Балтии в решающем бою.

Конец разорительным и кровавым нашествиям "народов моря" настал в 570-м году  - последний темник Чингисхан, собрав остатки своих сил, попытался высадиться у столицы Балтийского герцогства - Риги. Но великий герцог узнал заранее об этом визите и попросил помощи у Ниппонских островов, Боспора и даже у Руси - словом, у всех своих соседей с каким-нибудь, но флотом. Ожесточенная схватка в заливе Палтуса окончилась убедительной победой коалиции: вражеские корабли ушли на дно, а их экипажи - на корм динозаврам. Гибель последнего из рода Одоакров погрузила земли Марараша в продолжительную смуту, и вот этим воспользовалась Котоми III, горевшая желанием отомстить за унижения времен своей юности. Южный Ниппон в 573, 576 и 580-х организовал три экспедиции к чужим островам, в ходе которых окончательно уничтожил все шансы Марараша вернуться к былому величию и заодно увеличил свое собственное благосостояние. Таким образом земли Марараша пали; с этого момента обычно начинается отсчет т.н. Высокого Средневековья - их пика, в который начинается период расцвета культуры и наук, а государства смогли сосредоточиться на росте своих богатств. 

Разумеется, лучше всех это получалось у Рассветной Империи: с 555-го, момента своего основания, и до 602-го, когда в стране началась уничтожающая гражданская война, владения Сталифина углубились далеко-далеко внутрь материка. Купцы Императоров торговали по всей Терре Фелиане, от Северного Ниппона до острова Джона Голта и Рутении; к авторитету фигуры владыки Сталинфина прислушивались и никто не желал бросать им вызов. Мерная поступь легионеров - главной ударной силы Вечного города - служила верным признаком скорого падения не понравившихся Сталифину владык. Помимо десятков малых графств, княжеств и племен, они в 580-х практически покорили Северный Ниппон и на месяц овладели столицей Боспора; правда, скорое будущее покажет, что такое сверхрасширение было смертельной ошибкой императоров. Но пока Рассветная Империя оставалась ведущей силой на материке.

Москоу

Кремль Первопрестольной Москвы.

На полуострове Пика Русь окрепла. Она выстояла в борьбе с "народами моря" и смогла сохранить большую часть своих территорий: Пётр Федорович и его потомки восстановили экономику и разрушенные врагами города, провели ряд реформ, централизовавших аппарат власти и давших монарху большие полномочия. При Артеме VI в 589-м закончилось объединение страны: теперь, после подавления восстания меховых шап, были ликвидированы все полунезависимые феоды крупных боярских родов. По такому случаю Артем VI принял титул Императора Росов, он же Император Всероссийский: правда, его популярность была подмочена из-за значительного поражения в войне с Новым Римом, когда Руси пришлось отказаться от прав на крепость Артемград, стоявшей поблизости от столицы римлян и выплатить нешуточную контрибуцию. 

Сам Рим начал процветать: одержав победы в локальных конфликтах с соседями, он смог увеличить свои территории и к 590-му году отстроить воистине неприступные крепости на главных рубежах. Династия Августинов способствовала развитию наук и ремесел на своей земле; она попыталась проникнуть в Вечный лес, однако, местные жители смогли дать отпор не привыкшим воевать в такой обстановке солдатам и офицерам консула Вара. Соседняя Рутения смогла обогатиться за счет открытия на своей земле серебрянных рудников; правда, это же открытие заставило местных правителей тратить куда больше средств на оборону, стараясь защитить источник своих доходов от любых возможных неприятностей.

Объединитель

Артур I Галахад, Объединитель.

Остров Джона Голта, после трагической кончины королевы Боудикки, опять оказался ввергнут в постоянный водоворот разрушительных и братоубийственных войн феодалов друг с другом. Продолжительный период "вооющих кланов" с 423-го по 490-й значительно отбросил голдцев в своем развитии; казалось, что никогда уже этому не будет конца. Но в 490-м году в Лондоне появился молодой внук Боудикки - сэр Артур Галахад с небольшим отрядом верных рыцарей. Он провозгласил о своих правах на трон всего Острова: неожиданно, его поддержали городские массы и мелкие феодалы, которые больше всех страдали от вечной войны. Его также поддержала та часть знати, которая была близка к его великой родственнице, ожидая получить от ее внука больших привилегий и наград за верность. Церковь, помятуя о разгульном и грешном образе жизни покойницы Боудикки, попыталась возглавить сопротивление столь неожиданно появившемуся претенденту; поддержку епископу оказали многие тингиты. В ключевом сражении у Торнтона (495-й) сторонники Галахада на голову разгромили сопротивлявшуюся им знать. Артур вернулся в столицу своей бабки победителем, и верный ему священник Тук возложил на голову ему королевский венец, хранившийся еще со времен коронации самой Боудикки. Под мудрым правлением Артура I остров Голта объединился: немногие оставшиеся в живых тингиты были окончательно сломлены, клановые различия стремительно уходили в прошлое, развивалась торговля, были установлены постоянные дипломатические отношения с Русью, Римом и Рутенией.  

Боспорское королевство с 590-го года находилась в состоянии войны с Рассветной Империей: ее престарелый правитель, Юстиниан Великолепный, собирался подчинить себе полуостров Завристан и овладеть его богатыми ресурсами. Параллельно он вел войну с Северным Ниппоном, который ему, благодаря предательству ряда дворян, удалось окончательно сломить к 596-му. Но дилонги не сдавались: легионеры столкнулись с яростным сопротивлением не только со стороны разумных динозавров, но и от всей остальной окружающей среды - даже невинные растения пытались убить вторгшихся на их землю супостатов. В решающий поход имперский экзарх Гунтрам Габсбург собрал свыше 50 000 человек - рекордное на тот момент число. Результатом стал захват в первых числах нового, 601-го года, Византия - столицы Боспорского королевства. Но власть экзарха продержалась совсем недолго: уже через три месяца он был сокрушен подошедшими подкреплениями во главе с кронпринцем Оттоном Справедливым. Из огромной армии имперцев спаслись лишь жалкие четыре тесячи без своего командира; катастрофа у стен Византия и скорая смерть от горя Юстиниана начали новую эпоху в истории мира. 

Кровавый век

Война Рассвета 

Леванид

Леванид Катраксис.

После смерти старого Юстиниана, который отошел к Богу Солнца в начале 602-го года, трон всей Рассветной Империи должен был отойти к его старшему сыну - Леваниду Катраксису. Но с этим возникли трудности: наследник не пользовался никакой популярностью, а, скорее, напротив: был фигурой, многим ненавистной. Поведение наследного принца было притчей во языцах: вместе со своими друзьями из числа именитых аристократических родов, он ночами ездил по улицам Сталифина, издеваясь над встречными прохожими и едва ли не грабя их. В династии Катраксисов различные психологические отклонения, ближе к старости, проявлялись  и так довольно часто, но Леванид уже в юности был параноидален, агрессивен и неоправданно жесток: вспоминали, как он на глазах у служанок медленно, смакуя каждую деталь, разрезал дворцовых кошек. Подрастая, он становился все более властолюбивым и нетерпимым к чужому мнению; правда, также он научился льстить и убеждать в своей правоте тех, кто согласился его выслушать, что позволило ему несколько укрепить свои позиции. Уже тогда, по свидетельствам придворных, он пообещал своим ближайшим друзьям, что станет королем любой ценой и что нет такого зла в мире, на которое нельзя пойти ради величайшей цели - трона всей Терры Фелиане. 

Но сторонников у такой амбициозной личности оказалось немного. По традиции, которую соблюдали еще со времен Ираклия I, на коронацию монарха должны были согласиться "Церковь, легионы, Сенат и народ Сталифина". Это всегда было только формальностью: никогда не случалось отказов с чьей-либо стороны. До того дня: как только Леванид заявил о своих правах на престол, столичный город был оставлен влиятельными членами Сената - первым из него уехал Максимилиан Габсбург, сын покойного экзарха, державший старую обиду на кронпринца. Глава храма Солнца, жрец Гелиос VI[5] отказался благословить восшествие на престол законного претендента, а народ также не спешил радоваться и отмечать коронацию. Леванид не безосновательно решил, что против него собрался полноценный заговор: в начале весны он стремительно покинул Сталифин, предварительно зарезав всех младших братьев в их спальнях, и направился на север, в родовой замок Катраксисов Минас-Аха, где объявил о сборе ополчения и верных легионов. По сути, тем самым он развязал Рассветную войну, которая положит конец существованию одноименной Империи и даст начало новому, еще более крупному конфликту.

Шумим

Рассветная Империя в начале войны: пурпурное - Габсбурги; отмечены восстания в Ниппоне.

Северное дворянство, издавно связанное с Катраксисами, поддержало легитимного наследника: к нему также присоединились местные экзархи: в общей сложности, у него было 30 000 войско. Столица, пограничные земли на востоке и юге поддержали Максимилиана Габсбурга, который, воспользовавшись своим родством с Юстинианом, обвинил Леванида в убийстве родственников и объявил о своих претензиях на престол. В Северном Ниппоне немедленно начались ожесточенные и масштабные выступления всех слоев общества, недовольных иноземным владычеством: оба "императора" одновременно приказали экзарху Герберту Дауну покинуть острова и присоединиться к их армиям. Даун высадился в Сталифине, заявив о себе как о стороннике Габсбургов. Пожалуй, можно также отметить, что Южный Ниппон воспользовался неурядицами на Севере и присоединил к себе Мрясу, тем самым положив начало новым конфликтам в грядущем. Но как только в конце весны городских стен достиг Леванид Катраксис, разбивший перед этим три вражеских легиона, экзарх немедленно открыл ворота: солдатня Катраксиса, пользуясь доброй волей монарха, четыре дня разоряла богатейший и красивейший город, мстя за "предательство" по отношению к законному претенденту. Сам Леванид также принял деятельное участие в погроме, разорив Высокий Храм и установив там свою конюшню - так он покарал духовенство, что отказалось благословить его восшествие на престол. За несколько дней пожаров, грабежей и насилия, население Сталифина сократилось на порядок: из, примерно, 500 000 человек к концу войны здесь едва-едва насчитают 100 000. Современные историки полагают резню Сталифина первым крупным военным преступлением в истории всего материка, сотворенного Великим Безумцем.

На первых порах удача явно сопутствовала Леваниду: благодаря предателю-Дауну был занят Сталифин, три войска врага было разбито, его собственная армия держалась в прекрасном состоянии и была готова побеждать за своего повелителя. К концу 603-го года Катраксис не проиграл еще ни одной более-менее значимой битвы и контролировал практически все ключевые города и замки в своей Империи. Однако постепенно чаша весов начала клониться в другую сторону: Максимилиан Габсбург истощал силы врага, не давая тому решающего сражения: в мелких стычках, оторванная от своей базы армия  Катраксиса несла ощутимые потери. Тогда законный Император решился играть по-крупному, двинув свои колонны на Вену - наследственный домен рода Габсбургов, которая была опорой претендента на престол. Потеря этого важного города нанесла бы сильный ущерб Максимилиану, от которого он вряд ли смог бы оправиться, так что  ему пришлось пойти наперерез неприятелю и принять бой на его условиях. 

Убиение

Сражение у Мандурово.

Решающая битва первого этапа случилась у деревушки Мандурово  6-го числа второго месяца весны: ставший коннетаблем Герберт Даун начал ее, атаковав позиции Габсбургов своим рыцарским клином. К его удивлению, ополчение из горожан доблестно приняло удар и не побежало: наоборот, горожане стаскивали рыцарей с коней и добивали их своими алебардами. Чудом спасшийся Даун был тут же отправлен в атаку Леванидом снова, на сей раз во главе "железного" легиона, IX-го по счету. Регулярная пехота оттеснила от дороги ополчение; но здесь во фланг ей пришелся удар немногочисленной конницы под предводительством самого Максимилиана. Здесь Герберт нашел свою смерть, пав от руки претендента на престол, некогда преданного им. День клонился к вечеру, но победителя еще не было видно: тогда Катраксис собрал вокруг себя оставшихся рыцарей и пошел в атаку, надеясь найти и убить Габсбурга самолично. Но и этот удар потерпел неудачу; только храбрость сира Коста спасла жизнь законного монарха. Раненый Леванид скомандовал отход - под Мандурово была одержана первая по-настоящему крупная победа восставших.

Но радоваться им было рано. Выживший Леванид III не собирался сдаваться, в его распоряжении еще были значительные ресурсы, а преданность ему хранила немалая часть профессиональной армии. Более того: после ранения, Катраксис озверел, загорелся идеей о мести "собаке-Габсбургу", отказавшись от ведения любых переговоров с аристократической оппозицией. За время с 604-го по 609-й война шла медленно, а стороны занимались, в основном, осадой замков, стоявших на важных дорогах и реках. Значительных битв не случалось; но потихоньку преимущество начало клониться к мятежникам. Последние начали получать поддержку из-за границы: Боспор и Северный Ниппон, взяв с Максимилиана I письменное отречение от любых претензий на свои земли, помогали ему деньгами и войсками. Собрав дополнительную пошлину, Габсбург привлек на свою сторону дебрянских наемников; в свою очередь, Катраксису активно помогали северяне, недовольные самоуправством "королей Севера".  Настоящим ударом для партии лоялистов стал дерзкий захват флотом боспорцев Сталифина: теперь в этом городе сидели сторонники Габсбурга. 

Дебрянцы

Дебрянские наемники против рыцарской конницы.

Вторая важная битва состоялась уже летом 610-го года, на полпути из Вены к Сталифину у Шумного Леса. Леванид III собрался не допустить соединения войска боспорцев и полков Габсбурга, разбив последнего на марше. Преимущество в коннице давало шансы Катраксису, однако, он недооценил численный фактор: даже расправившись с авангардом вражеского войска, Император встретился с превосходящими его силами противника. На второй день схватки, Леванид споткнулся об дебрянских кизяков атамана Виктора Борисовича, сына разбившего русских правителя. Они неожиданно стойко сопротивлялись натиску рыцарей, давая время остальным перегруппироваться для нанесения решительного удара. Максимилиан I нанес удар в лагерь противника, обратив сторонников законного монарха в позорное бегство. Сражение за Шумный Лес было выиграно, уже вскоре все силы, верные делу претендента, объединились под одним стягом. 

Леванид отказывался капитулировать. Осознав тщетность борьбы за центральные экзархаты, он отбыл с остатками войска в северные провинции, откуда и начинал всю эту гражданскую войну. В Минас-Аха к нему присоединились два весьма странных спутника: кровожадный вождь одного из северных племен Окаг  и таинственный жрец из неизведанных земель Беэр. Эти двое оттеснили от него привычных сподвижников, убедив Леванида, что их методы ведения войны не принесут победы. Окаг взял на себя руководство подготовкой новобранцев, закаляя их по старым методам охотников Дикого Севера и по рукописям Беэра. Под его командованием бойцы армии Катраксиса стали отличаться, как про них говорили враги, "звериным обликом" - прекратили отступать, их физическая мощь выросла, а интеллектуальные способности понизились. В свою очередь Беэр проводил все свое время с Леванидом, беседуя на религиозные темы; также, по его распоряжению, жрец получил в свои руки ответственность за моральный дух войска. В это же время все полевые священники, недовольные возвышением далекого от них жреца, хоть и одной религии, были удалены от королевской ставки: на их места Беэр назначал никому неизвестных "пустынников" - настоящих фанатиков Солнца, готовых нести веру и словом, и топором. 

Наконец, Максимилиан I, чей титул уже был признан всеми государствами на Терре Фелиане, вышел на последний рывок - его армия появилась под стенами Минас-Аха ранней весной 612-го, предварительно освободив остатки страны от верных присяге экзархов. Но осада малой родины Катраксисов затянулась: стены были крепки, гарнизон, после надлежащей обработки Беэром и Окагом, стоял насмерть, а Леванид, несмотря ни на что, отказывался от ведения переговоров. Началось тяжелое и продолжительное сидение у Минас-Аха: огромная армия Максимилиана I (30 000 человек, учитывая союзников) несла страшные небоевые потери, а бойцы Окага своими вылазками не давали наладить какое-либо снабжение. Стало очевидно, что "пересидеть" гарнизон не выйдет и нужно готовиться к приступу. 

  • Войска мятежников берут приступом стены Минас-Аха.
  • Гарнизон Минас-Аха.
Он и начался 6-го числа первого месяца осени. Армию претендента на престол повел в бой его родной младший брат, Карл Габсбург - решительный и храбрый молодой человек, никогда не бывший великим тактиком, зато отличавшийся большой доблестью на поле брани. С другой стороны штурмом Минас-Аха руководил экзарх Бертран Глюкоген, бывший полной его противоположностью - умудренный опытом ведения военных действий человек, никогда зря не рисковавший и обладавший титаническим терпением. Защитники замка дрались с отчаянностью обреченных: по стенам метался бешеный Окаг, круша тела всех врагов на пути своим боевым молотом. Он всегда приходил на помощь своим в самых отчаянных местах и выручал, когда, казалось, позиция уже пала. Его безрассудству был положен конец уже к вечеру: легендарный лучник из Дебрянщины Роман Брянд попал тому прямо в глаз и сразил опасного безумца. Гибель вождя пагубно сказалась на северянах, которые сбежали из-под ворот Гелиоса: Карл Габсбург лично возглавил их штурм и смог занять эту ключевую позицию, обеспечив доступ внутрь. 

Уже ночью продолжалась битва, так как Максимилиану не терпелось закончить эту долгую войну окончательной победой. Хотя стены были захвачены, его враги продолжали ожесточенно сопротивляться внутри укреплений, на улицах и во дворах. Размеры Минас-Аха поражали воображение всех гостей, а теперь они стали последним рубежом обороны Леванида III. Сам он в своих черных доспехах с позолотой защищал донжон, в одиночку сдерживая натиск солдат противника, пока не получил рану в левую руку и его не оттащил из битвы верный Беэр. К тому моменту все было кончено: Минас-Аха практически пал, остатки гарнизона еще пытались сопротивляться, но их обреченность была очевидна всем. Но никто кроме Катраксисов не знал всех секретов их цитадели до конца, и Леванид снова спасся бегством от преследователей, пройдя вместе с Беэром и сиром Костом по тайным туннелям в окружавшие замок леса. При этом в пиршественной зале был обнаружен двойник Леванида, похожий на него как две капли воды: Максимилиан I поспешно возвестил всех о своей решающей победе и направился в Сталифин для коронации. 

Вмешательство извне

Храм

Храм Солнца Героев, вход.

Здесь стоит сделать небольшое отступление и рассказать, что же случилось с запертыми Великим Безумцем чудовищами из "иных планов". Он смог закрыть своих страшных врагов в храме Солнца Героев и наложить на них мощные чары защиты: но вот победить их окончательно он не смог, не хватило у него сил. Поэтому монстры, сохранившие свою силу и обладавшие колоссальным терпением, направили все свои возможности на истощение барьеров между своими "планами" и Террой Фелианой. К началу седьмого века чары Безумца уже практически спали, барьер превратился в тончайшую завесу: осталось лишь добиться снятия замков с Дверей Сумрака - и возвращение начнется. И здесь заключалась главная беда - осуществить это можно было только из физической реальности и сделать это могла только особа "голубых кровей". Поэтому-то сущности и направили к Леваниду своего главного жреца, Беэра: он должен был его руками открыть своим хозяевам доступ к реальности.

Сбежавший  с позором из Минас-Аха Леванид был потрясен до глубины души. Свою вину в проигрыше войны он свалил на мертвых союзников, на плохую погоду, на вмешательство иностранных держав - и постоянно клялся отомстить и им, и Максимилиану Габсбургу. Беэр поддерживал его стремление; особенно жрецу помог уход сира Коста, который поругался со своим бывшим сюзереном после очередного нервного срыва с его стороны. Катраксис каждый день предлагал все новые и новые варианты мщения, а Беэр тем временем вел его к храму Солнца Героев, рассчитывая придумать что-либо уже на месте. Однако уже очень скоро Беэр догадался и нашел стоящие аргументы: он убедил Леванида, что только силы, сокрытые в тайном, древнем Храме могут помочь ему одержать вверх в войне и достать алкаемую им корону Терры Фелиане. Отчаявшийся Леванид III ухватился за эту жалкую соломинку и покорно последовал за своим соратником по предлагаемому маршруту. 

Моление

Ритуал вызова.

Они достигли цели в первый день осени 613-го года. Там Беэра уже ждала на удивление многочисленная прислуга храма, у которой был один странный отличительный признак: зрачки у всех были одного красного цвета - как позднее станет известно, это верный признак одурманенного на последней стадии.  Еще по дороге хитрый Беэр объяснил то, что Леванид должен был знать: нужно снести пару старых печатей, и он обретет невиданное смертными могущество, сможет победить всех врагов и стать Императором всего материка. Он умело сыграл на его честолюбии: не задавая больше никаких вопросов, Катраксис поспешил к запертым дверям и за два часа справился со всеми из них. После этого над храмом Солнца Героев зародилась волна зеленой энергии, которая прошлась по всем окрестностям на два километра, превратив их в огненную пустошь. 

Из храма появились те, кого в свое время одолел Великий Безумец -демонические казабры. Руководство вторжением, как и в старые времена, осуществлял Миктлантекутли - верховный правитель этого страшного народа, обладавший огромным могуществом в магии и отличавшийся жестокостью даже по меркам казабр. Непосредственное управление войсками должны были осуществлять его адъютанты: младшие демоны, которые были порождены уже нынешними обитателями Терры Фелианы. Самыми опасными и влиятельными из них были: Царь Зверей, Философ, Лорд-Ястреб, Молот, Разноцвет, Дракул и Казак. Сразу же по пришествию, Миктлантекутли вознаградил своих помощников: Леванид подвергся одурманиванию, а Беэр был кроваво разорван на мельчайшие куски Дракулом - аватаром ярости среди всех демонов.  

СВ 2

Страшная война

Основная статья - Страшная война

С этого момента началось противостояние обитателей Терры Фелиане и врагов с "иных планов". 



Эра процветания

Война Рубрики

Эра благоденствия 

Раскол

Примечания

  1. Отчество неизвестно; предположительно, родом с острова Голта
  2. Вожди крупнейших кланов
  3. Шкуры животных и ювелирные украшения, реже - золотые монеты Рассветных городов
  4. Десятый правитель царствовал всего три дня, а затем был свергнут и лишился жизни.
  5. Верховные служители культа Солнца отрекались от личных имен